Читать книгу - "«Горизонтальное положение» и другая крупная проза. Том 3. Есть вещи поважнее футбола. Дом десять - Дмитрий Алексеевич Данилов"

С другой стороны, не вовлекаясь

Контролируя это вовлечение/невовлечение

И понимая, что есть в мире

Еще некоторые важные вещи

И в некоторые моменты

Читая про себя, например

Иисусову молитву

Чтобы просто не забыть

Даже не буду обозначать

Что именно не забыть

Просто – чтобы не забыть

И еще – к концу второго тайма

Над стадионом «Арсенал»

Образовалось

Очень красивое небо

Голубое небо

С очень красивыми

Белыми облаками

Огромными, как горы

Как поется в гимне

Одного футбольного клуба

Нам небо дарит

Наших флагов цвета

Да, хорошие у нас цвета

Цвета неба

На обратном пути

(Это был тоже поезд «Ласточка»)

По вагону то и дело

Сновали люди

В динамовских шарфах

В динамовских футболках

И все были радостные

И возбужденные

Но не так, как утром

А как-то умиротворенн

И здесь можно было бы

Написать что-то

Про чувство единения

С клубом, с командой

Нет, не будем писать

Этих дурацких слов

Чувство единения

С этой нелепой командой

С этой чудовищно невезучей командой

С этой великой в прошлом командой

Возникло очень давно

Еще тогда, в 1983 году

Когда ее впервые увидел

На стадионе «Динамо»

В Москве

Ну а вот сейчас

Впервые съездил

На выезд

Надо же когда-то начинать

Поезд «Ласточка»

Стремительно въезжает

В Москву

Царицыно, Люблино, Текстильщики

И вот уже Курский вокзал

Какой-то не очень трезвый

Болельщик Динамо

Спрашивает

А как бы мне добраться

До Петровско-Разумовской?

Ну, так это надо на метро

Это надо вот туда

Вон, видишь, метро

По Кольцевой до Новослободской

Там пересадка

И там уже доедешь

До Петровско-Разумовской

А, точно, да

Спасибо, брат

А то, знаешь

Уже пятьдесят

И голова уже ничего не помнит

Ничего не соображает

Спасибо тебе, спасибо –

И протягивает руку

Не для обычного рукопожатия

А для рукопожатия

Обозначающего

Как бы, что ли

Братство

Ну, такое

Когда большими пальцами

Зацепляются

Люди.

И мы обмениваемся

Соответствующим рукопожатием.

Это был классический матч Динамо в любимом жанре «мучительная игра с аутсайдером» – этим жанром команда владеет в совершенстве. У него есть несколько разновидностей: поражение от аутсайдера при унылой игре, поражение от аутсайдера при полном преимуществе и массе нереализованных моментов (например, игра предпоследнего тура сезона 2012/13 с уже вылетевшей к тому времени Аланией, 0:1 в гостях), ничья при унылой игре, ничья при полном преимуществе (первый матч прошлого сезона с Волгой, 2:2 дома). В данном случае имела место разновидность «мучительная победа на нервах». Сначала все было хорошо, в первом тайме забили два гола, и казалось, что «игра сделана», но в самом начале второго тайма Арсенал забил (это был их первый гол в сезоне, и он, конечно, достался кому надо, как же еще могло быть). Арсенал стал давить, создавать моменты, в обороне Динамо то и дело возникали какие-то анекдотические провалы… Правда, Динамо тоже несколько раз могло забить, Вальбуэна попал в штангу.

Вальбуэна – снова великий молодец, еще две голевые передачи, высочайший уровень и все такое.

В общем, как-то выстояли. Чем-то похоже на тот, самый первый виденный вживую матч с Нистру 1983 года – там тоже было 2:1, тоже с аутсайдером и тоже на нервах.

Кстати, о Вальбуэна. В очереди за билетами на гостевую трибуну между двумя болельщиками Динамо состоялся следующий диалог.

– Ну как тебе наши новые?

– Бюттнер хорош, будем ждать, когда он вспомнит, что играет в защите.

– А Вальбуэн (да, именно так, не Вальбуэна, а Вальбуэн)? Нереально крут ведь.

– Вальбуэн крут, да. Думаю, его хватит еще игр на шесть, потом знающие люди объяснят, что это Россия, тут можно особо и не играть.

Еще некоторые вещи застряли в памяти.

Есть такая традиция из области трибунных кричалок – когда фан-сектора противоборствующих команд обмениваются зарядами: «Русские, вперед!» Тем самым как бы временно объединяясь, прерывая ненадолго свое кричальное противоборство. Динамовская трибуна зарядила: «Русские, вперед!» – и умолкла, давая арсенальцам промежуток для ответного вопля. Они выдавили из себя что-то невнятное про свой Арсенал. Динамо опять: «Русские, вперед!» – и пауза. С той стороны – опять что-то про Арсенал и верим в команду. Все засмеялись, и с разных сторон послышалось что-то вроде: <Нецензурное слово>, да они не врубаются ни <нецензурное слово>, вообще, <нецензурное слово>, первая лига, на <нецензурное слово>! Зарядили в третий раз, и, наконец, в ответ послышалось «Русские, вперед!». Врубились. Взаимные аплодисменты.

Болельщик в черной футболке, на спине белая надпись «славянским» шрифтом: «Слава богу, я русский».

В какой-то момент мяч вылетел с поля на гостевую трибуну, в гущу динамовских болельщиков. Кто-то поймал мяч и не вернул его в поле, а, наоборот, мощным ударом послал его на крышу, нависающую над трибуной. И мяч исчез во внешнем пространстве.

В середине второго тайма над головой пролетела бутылка из-под воды, посланная с соседней трибуны. Судя по скорости и траектории полета – полная.

Ближе к концу игры диктор по стадиону объявил порядок выхода с трибун: первыми выходят зрители Западной и Восточной трибун, потом – активные болельщики Арсенала, потом – активные болельщики Динамо. Кто-то крикнул: у Динамо нет пассивных болельщиков.

Минут через двадцать после окончания игры тренер Динамо Станислав Черчесов вышел из подтрибунного помещения, пересек пустое футбольное поле и скрылся в противоположном подтрибунном помещении (судя по всему, для участия в пресс-конференции). Проход через пустое футбольное поле сопровождался лихим перепрыгиванием через рекламный щит. Перепрыгивание вызвало шквал аплодисментов гостевой трибуны.

Еще минут через двадцать (гостевую трибуну все еще не выпускали со стадиона) Черчесов проделал тот же путь в обратном направлении. Снова было лихое перепрыгивание рекламного щита и шквал аплодисментов гостевой трибуны.

Большой черный джип на стадионной стоянке, из окна торчит фиолетовый флаг с тремя белыми словами – «мы», «русские» и «трезвые».

В этот раз произошел некоторый намек на временный выход из состояния «обычного болельщика» (фанаты называют их кузьмичами), потому что существует представление, что кузьмичи на выезды (выезда) не ездят. Хотя как сказать – на обратном пути видел в поезде огромных размеров человека в футболке с надписью: «Кузьмичи Динамо Москва». Да и было бы странно думать, что совершенно безопасная поездка на комфортабельном поезде «Ласточка» в соседний областной центр и боление на гостевой трибуне вместе с активными болельщиками делает кузьмича активным болельщиком.

Конечно нет. Просто кузьмич – в некотором смысле понятие растяжимое. Классический кузьмич – это болельщик советско-пролетарского вида, в кепочке, с папиросой в углу рта, возможно, страдающий тяжелой семечкозависимостью. Этакий тертый мужичок, слесарь-инструментальщик пятого